Счастливый отец. папа, а ты будешь к нам приставать?

— Папа, а ты сегодня будешь к нам приставать? — кокетливо спросила Мариша, положив свои ладошки мне на штаны. Я сидел в кресле после тяжелого рабочего дня и чувствовал себя просто разбитым.

А мои девочки напротив, вели себя весело и задорно. Они явно нуждались во внимании противоположного пола. С сегодняшнего дня у них в университете начинались каникулы перед летней практикой. Сессию обе девочки сдали на отлично автоматом, поэтому сейчас они сидели дома, страдая от безделья.

— А как же Аркаша? Разве он не приходил к вам утром? — я прекрасно помнил, что около шести я позавтракал и уехал на фирму, оставив дочерей в компании соседа, недавно вернувшегося из командировки.

— Так его всего на один минет хватило! Он кончил Вике в ротик и сбежал на работу! — Мариша обиженно надула губки.

— Какой кошмар... — пробормотал я. Усталость по-прежнему не проходила.

— Вся надежда на тебя, пап! — Вика появилась в проеме, одетая в полупрозрачный пеньюар. При этом обута она была в тапки-зайцы, что было очень контрастно по сравнению с остальным нарядом.

— Как говорится, одним минетом сыт не будешь, — добавила она и пожала плечами, улыбнувшись.

— А у меня во рту даже маковой росинки не было! — заявила Марина, внезапно покраснев. Уж казалось бы, не моим девочкам краснеть от таких заявлений, и тем не менее, ее щечки покрыл стыдливый румянец.

— В смысле, пиццу-то мы, конечно, заказали... Я в другом смысле, — зачем-то принялась оправдываться Мариша.

Мы со старшей дочерью прыснули. Я привлек к себе девочку и по-отечески потрепал ее кудряшки.

— Да мы поняли, доча! — со смехом воскликнул я.

Сменив гнев на милость, я поерзал в кресле и принялся расстегивать ремень.

— Ладно уж... Не знаю, что получится, я слишком уставший для этого дела.

— Чур я первая! — Мариша как в школе подняла руку, приставив к локтю выпрямленную ладонь.

— Ох, ты моя деточка! Отличница какая! — улыбнулся я, потискав Маришину грудь.

— Уступишь сестричке? — обратился я к Вике.

— Вообще-то мы можем сделать это вместе, — ответила та, поправив свое одеяние, которое едва прикрывало самые сокровенные места.

— Ну что ж, если Марина не против... — начал я.

— Не против! Только начну я, — заявила девочка. Мы с Викой пожали плечами, а Мариша слезла с подлокотника кресла, опустилась на колени и эротично облизнула губки язычком. Несмотря на усталость, мой член поневоле начал подавать признаки жизни. Младшая доченька поправила оранжевый топ и зачем-то приспустила свои трусики перед тем, как расстегнуть мне ширинку.

Вика тем временем не сидела сложа руки. Она заняла место на подлокотнике, где только что была ее сестренка

Я наклонился и принялся покрывать поцелуями ножки старшей дочери, пока младшенькая на коленях освобождала папин член из джинсового плена.

— А он не выглядит уставшим! — воскликнула Марина, коснувшись пениса ладошкой. Он отозвался довольным дрожанием, после чего девочка высунула язычок и осторожно приласкала самый кончик. По моему телу разлилась волна блаженства. Мариша обычно не спешила брать член губами сразу, а сначала дарила эти волшебные мгновения, предвкушая как свое, так и мое удовольствие.

А я вместе с тем наслаждался Викиными ножками, вдыхая нежный девичий запах, лаская каждый миллиметр ее милых ступней и миниатюрных пальчиков. Впрочем, через некоторое время до меня дошло, что я получал двойное наслаждение, Марише также нравилось ее занятие, а вот самой Вике было не слишком-то удобно в такой позе.

Дело в том, что моя старшая дочь вынуждена была вытянуться фактически поперек кресла, да еще вдобавок прижиматься к моему животу, чтобы не мешать Марине делать минет. Поэтому я спросил Вику:

— Может быть ты хочешь присоединиться к Марише?

Вика тут же покинула подлокотник, грациозно спрыгнув с кресла и радостно покрутила попкой, разминая затекшие ножки. А Марина между тем приступила ко второму этапу — она прекратила ласки язычком и начала тихонько брать член губками, тут же выпуская его, улыбаясь моей реакции, которая легко читалась на моем лице.

Мой член на фоне улыбчивой мордашки дочери заставлял все внутри петь и танцевать. Я ласково погладил обнаженные плечи девочки, когда она в очередной раз приняла пенис в ротик, сделав обманное движение, словно вот-вот начнет сам процесс. Но нет, и на этот раз Мариша освободила член буквально через мгновение, издевательски улыбнувшись при этом, даже не думая начинать.

Я чувствовал одновременно и наслаждение, и досаду, мне уже хотелось схватить доченьку за ее косички, торчащие в разные стороны, и яростно насадить ее ротиком на член, надеть так, чтобы аж захлюпало, и потом еще придавить сверху! Да, немножко придушить это ангельское создание, чтобы она забулькала и протестующе замычала, а по ее пухлым щечкам потекли слезы!..

Едва сдерживая себя, я вцепился в подлокотники и сжал зубы, пока Мариша продолжала свою изнуряющую игру, держа меня у самого обрыва в бездну удовольствия, но не давая сделать последний шаг. Вика оказалась более наблюдательной, и, опустившись на колени рядом с Маришей, что-то шепнула ей на ушко. Девочка покраснела и уступила эстафету своей старшей сестре.

Та не стала долго меня мучить и приняла пенис в свой маленький ротик до половины, начав наконец движение сверху вниз, и, сделав так пару раз, она уже почти довела меня до кондиции. Затем Вика выпустила член, чтобы они с Мариной могли взяться за него уже вдвоем. Какое же это наслаждение, когда две твоих родных дочери скользят своими губками по всей длине влажного от выделений пениса!

Я понял, что извержение начнется вот-вот, привстал с кресла и решил направить член в ротик Марине, поскольку Вика уже получила свою порцию от Аркаши сегодня утром. Мариша благодарно сделала губки буквой «о» и через секунду мой пенис уперся в ее маленький язычок, дрожа и заливая нектаром девичьи уста. Мои ягодицы сжались в экстазе, пока я таранил влажно хлюпающий ротик младшей дочери, а ее ладошки сжались в кулачки у меня на бедрах.

Но сока было слишком много, потихоньку доченька начала выпускать его, вот уже тоненькие струйки побежали по ее подбородку и шейке... Впрочем, Вика сразу пришла на помощь сестренке, убрав потеки губами и языком. Я с упругим чмокающим звуком освободил пенис из Марининого ротика и опустился на колени рядом с девочками, положив левую ладонь на упругую Викину грудь, а правую — на дрожащие сисечки Марины и поцеловал своих крошек прямо в губы — сначала старшенькую, а потом и младшенькую.

Девочки были в восторге и хотели еще