Любовь после смерти. часть 2

Прошло 3 года. Из них 3 месяца Нэй провалялся в больнице, а остальное время безвыездно просидел в комнате, снятой у пожилой нуллийки.

Память о Лиэнне болела в нем сильнее всех ожогов, вместе взятых, и Нэй давно бы свел счеты с жизнью, если бы не его долг, его Дело.

Он верил в него слепо, как дикари верили в своих идолов — другого выхода у него не было. Без Дела его жизнь не стоила и обугленного ногтя Лиэнны, и он сидел часами, сутками, месяцами, вгрызаясь в молекулярное и космическое программирование, а заодно — и во все сопутствующие науки, потребность в которых росла по мере того, как он углублялся в знания. Рядом все время витала тень Лиэнны, и Нэй чувствовал себя на ее фоне бездарной амебой, — но не сдавался и грыз гранит науки с одной целью: понять, восстановить и закончить вычисления Лиэнны — с тем, чтобы найти ее ТАМ. Найти, оживить ее — и вернуть в этот мир.

Боксы Лиэнны были с ним. Огнестойкие, неуничтожимые, они не пострадали тогда, и Нэй почти прочитал и понял их. Почти... Нэй уже давно мог приступить к опытам, и не раз жуткий трепет первооткрывателя, подошедшего вплотную к запретным пределам, холодил его сердце; но Нэй не имел права на ошибку. Он знал это, и потому тысячи раз проверял, проверял и проверял свои расчеты, сверяя и дополняя их. Он не имел права погибнуть на опытах: Лиэнна должна вернуться в этот мир.

Самое главное и трудное было — найти, понять и устранить ЕЕ ошибку. Почему черная дыра — ход на «тот свет» — взорвалась? Почему? Нэй не понимал этого — и снова, снова и снова пересматривал все расчеты.

Однажды он почувствовал, что его мозг отказывается подчиниться ему. Он рухнул на постель и проспал 22 часа. Проснувшись, он вышел, как лунатик, из своей комнаты, сел в первый попавшийся гравибус и улетел далеко за город. Выйдя на последней станции, Нэй пошел вперед, глядя прямо перед собой. В голове его не было ни одной мысли.

Вокруг простирались маленькие домики, сады, поля... Припекло солнце, и Нэй сел в тени большого дерева. Рядом в пыли играла босоногая девочка, с любопытством поглядывающая на Нэя. Он не замечал ее, глядя в никуда. Девочка артистично играла в куклы, озвучивая их на разные голоса, пела, танцевала, заставляла танцевать кукол... Наконец, когда все способы привлечь внимание Нэя были исчерпаны, она подошла к нему и спросила: — Дядя, а чего ты такой странный? — Что? — вздрогнул Нэй. — Чего ты такой... закрытый? — Какой? — Закрытый. Будто ты умер. — А я... я и вправду умер, девочка. — Почему? Ты же разговариваешь, значит, ты живой. — Потому что я не могу решить одну задачу. — Какую задачу? — Ты не поймешь. — Пойму! — обиженно взвизгнула девочка и топнул босой ножкой. — Ну ладно... Слушай. Есть такое злое царство: оно забирает к себе людей и потом не возвращает обратно. Никогда. Они остаются там навсегда. Страшно? — Да..

Никто не знает, где это царство, только люди пропадают — и не возвращаются... И все. Так вот: одна... один волшебник придумал, как спасать людей из этого царства. Как возвращать их домой — живыми и невредимыми. Понимаешь? — Понимаю. Как здорово! И что? — Он придумал это в уме, а потом решил попробовать на деле. Нашел это царство и... проделал туда ход. Лазейку. Ну, вроде как... ты ведь делала себе лазейки в заборах? В чужие дворы? — Не делала, мальчишки делали... — Ну вот, он сделал такую лазейку в то злое царство. А эта лазейка вдруг взорвалась... И он умер. Волшебник умер. Почему? — Не знаю... А кого он хотел спасти? — То есть? — Ну, кого он хотел вытащить через ту лазейку? Из злого царства? — Никого. Он просто сделал ее, чтобы проверить... — Ну, так потому она и взорвалась! Она держится только, если кого-то спасать. А если просто так, то ей неинтересно и она взрывается! Это же так просто!

Нэй пораженно смотрел на девочку, увлеченно втолковывающую ему про лазейку. Потом вдруг нагнулся, поднял ее, закружил в воздухе, не обращая внимания на визг, чмокнул, опустил на землю — и побежал к станции...

***

«Или теперь, или никогда», думал Нэй — но все еще не решался нажать на кнопку. Он дополнил код прорыва кодом Лиэнны, и теперь его вторжение «на тот свет» не было «просто так», — но Нэй колебался. Коды были набраны, осталось подтвердить команду...

В иллюминаторах зияла чернота космоса. Два года прошло с тех пор, как Гор встретился с девочкой под деревом и, окрыленный ее идеей, занялся подготовкой полета. Проникновение на «тот свет» нужно было проводить не где попало, не в домашней обстановке, как это сделала Лиэнна, а там, где было оптимальное сочетание всех условий. Магнитное поле, гравитационное равновесие, уровень радиациии... Нэй потратил год на вычисления. Подходящая точка обнаружилась в глубоком космосе: Нэю пришлось свернуть с путей, проторенных космолетами, и углубиться в космическую пустыню. И вот он на месте. Все готово, — осталось только нажать на кнопку... Чего ж он медлит?

Вдруг Нэй дернулся, будто его ударило током, и ударил с размаху по кнопке — неожиданно для самого себя.

Ударил — и замер. В сердце расточился зябкий холод... Над установкой замерцало знакомое сияние. Снова, как и тогда, оно разрослось, и снова в его центре появилась черная воронка, непроницаемая, как космос в иллюминаторе. Нэй сидел, стараясь унять дрожь. Никогда он так не боялся, — даже тогда, когда висел на цепях в темнице Лардрана, и стражник подносил бластер к его виску...

— Кто проник сюда? Кто нарушил грань миров? Кто беспокоит меня?

Нэй вздрогнул, оглянулся... Он не сразу понял, что голос звучит у него в голове.

— Я... Нэй Лоон, космический пройдоха. Я пришел за своей... женой, принцессой Лиэнной, — сказал он, думая, достаточно ли высокопарно говорит для такого момента. — Человек? — Да. Кто говорит со мной? — Анубис, Страж Смерти. Людям не дозволено проникать в эти пределы. Уйди, человек, и выключи свою машину, не то я уничтожу тебя и твой корабль.

«Анубис, сам Анубис... Значит, не врут легенды...» Нэй ощутил панический ужас. Первым его побуждением было послушаться и выключить машину — чтобы потом попробовать еще, снова, в другой раз... Но ум, не заглушенный ужасом, напомнил ему картину вычислений, и он ответил голосу: — Ты лжешь. Я задал нужные коды, и ты не можешь остановить переход Лиэнны. Ты не можешь вмешаться. Она уже здесь, со мной! — Что ты хочешь делать? — спросил голос, помолчав. — Я создам для нее тело из биомассы. Сейчас я наберу код, и начнется генерация белка. — Глупец! Ты думаешь, этого достаточно для оживления? — Что еще нужно? — Нужна энергия жизни. Безликая биомасса не имеет своей энергии. Нужно, чтобы кто-то из живущих отдал свою энергию. Только тогда душа сможет обрести тело и жизнь. — Отдать свою энергию — значит умереть? — Да. Иначе нарушится энтропийный баланс. Вселенная стоит на незыблемых законах, и нельзя нарушать их гармонию.

Вот как... В глубине души Нэй знал, что так и будет. Решение было только одно.

— Что мне нужно сделать? — Набери свой код в обратном алгоритме.

Нэй повернулся к машине, на мгновение замер... «Лиэнна... Она будет жить. Она сориентируется, что делать, как управлять кораблем... Она не пропадет. Главное — она будет жить. Лиэнна...»

Он вздохнул — и медленно, методично набрал код Лиэнны. Тут же послышался шум в автоклаве с биомассой:...